Прошло более года с тех пор, как президент дал обещание упростить процедуру регистрации субъектов хозяйствования, сделав ее фактически заявительной. Как известно, никаких изменений в регистрационное законодательство с тех пор внесено не было. Хуже того, сохраняющаяся в силу ряда причин неопределенность с регистрацией предприятий с иностранными инвестициями привела к тому, что данная процедура приобрела формы излишне бюрократизированные, а в некоторых случаях и унизительные для инвесторов, намеренных начать в Беларуси свое дело.
Почему сложилась такая ситуация, каковы возможности ее преодоления? Попытаемся ответить на эти злободневные для всех инвесторов вопросы.
Принятие в 2001 г. Инвестиционного кодекса предполагало упорядочение и систематизацию белорусского инвестиционного законодательства, в том числе законодательства об иностранных инвестициях. Помимо прочего, в ИК достаточно подробно определены порядок создания, регистрации и условия осуществления хозяйственной деятельности коммерческих организаций с иностранными инвестициями. Основной целью введения в ИК норм, регламентирующих процедуру создания коммерческих организаций с иностранными инвестициями, по-видимому, было упорядочение правовой базы в области регистрации юридических лиц, существовавшей на момент принятия ИК, применительно к деятельности в РБ иностранных инвесторов, а также упрощение и совершенствование собственно процедуры регистрации. В частности, можно отметить сокращение перечня необходимых для регистрации документов, сроков регистрации и т. п.
Декрет отменил кодекс
Однако применение указанных норм ИК на практике до настоящего времени сталкивается с рядом проблем как правового, так и организационного характера.
Сегодняшние иностранные инвесторы и регистрирующие органы в процессе создания и регистрации коммерческих организаций с иностранными инвестициями руководствуются требованиями Инвестиционного и Гражданского кодексов, Декрета президента РБ №<N> 11 от 16.03.1999 г. в ред. Декрета №<N> 22 от 16.11.2000 г. и утвержденного ими положения (далее -- декрет и положение), Закона РБ от 09.12.1992 г. "Об акционерных обществах, обществах с ограниченной ответственностью и обществах с дополнительной ответственностью" (далее -- закон).
При этом наибольшей юридической силой среди указанных актов обладает декрет. И если нормы ИК согласованы с положениями ГК и Закона, то между нормами главы 15 ИК и декретом имеются существенные расхождения. Попыткой совмещения и компиляции норм декрета и ИК стало Постановление МИДа РБ № 174 "О совершенствовании работы по государственной регистрации предприятий с иностранными инвестициями" -- документ, который наиболее полно регламентирует процедуру регистрации и положениями которого руководствуются в своей работе сотрудники МИДа РБ, а также администрации свободных экономических зон как органов регистрации коммерческих организаций с иностранными инвестициями -- резидентов СЭЗ.
В плену согласований
Какие же наиболее существенные проблемы и противоречиях названных нормативно-правовых актов?
Во-первых, следует отметить необходимость согласования регистрации (а фактически и размещения) коммерческих организаций с иностранными инвестициями до их егистрации в МИД РБ с местными исполнительными и распорядительными органами, что предусмотрено п. 14 положения. Сегоднярегистрирующие органы по-прежнему требуют представления такого согласования, несмотря на то, что нормами ИК оно не предусмотрено. Более того, при создании коммерческой организации с иностранными инвестициями вне областных центров от учредителей могут потребовать согласование регистрации на нескольких уровнях исполнительной власти (район, область). Получение таких согласований увеличивает срок регистрации на 10-30 дней.
Во-вторых, как и раньше, существует практика обязательного направления регистрирующими органами запросов в областные (городские) инспекции Министерства по налогам и сборам, запросов на учредителей коммерческих организаций с иностранными инвестициями, что предусмотрено п. 33
положения. До получения ответа на такой запрос юридические лица не регистрируются, и предусмотренный ИК 15-дневный срок регистрации не соблюдается по вполне объективным (со стороны регистрирующих органов) причинам.
В-третьих, все также требуется личная явка учредителей -- физических лиц (в том числе иностранцев) в регистрирующий орган для подачи документов, как того требует п. 22 положения. Исключение сделано лишь для учредителей (собственников имущества) иностранных унитарных предприятий. Учитывая тот факт, что в любом случае в регистрирующий орган представляются нотариально заверенные (а для иностранных документов и апостилизованные) копии паспортов и доверенности представителей, изготовить которые без личной явки к нотариусу невозможно, требование личного присутствия представляется надуманным и нецелесообразным. Кроме того, это, естественно, влечет дополнительные вынужденные расходы инвесторов.
В сложившейся ситуации наиболее рациональным представляется внесение изменений и дополнений в декрет и отмена действия положения (или указанных выше норм) в отношении коммерческих организаций с иностранными инвестициями. Декрет можно было бы дополнить нормой примерно следующего содержания: "Порядок регистрации коммерческих организаций с иностранными инвестициями регулируется специальным законодательством".
Чиновников пересокращали
Нельзя также не отметить и множество чисто практических, организационных проблем, с которыми приходится сталкиваться при работе с главным регистрирующим органом коммерческих организаций с иностранными инвестициями. Уже достаточно долго в МИДе действует система "предварительной записи" на прием к сотрудникам отдела регистрации, причем, если верить спискам, то очередь желающих зарегистрироваться растянулась на ближайшие две-три недели. Получается, что по приезде в Минск, потенциальному инвестору, если он хочет побыстрее влить свои капиталы в развивающуюся белорусскую экономику, первым делом следует не назначать переговоры с партнерами по бизнесу, а записываться на прием в МИД.
К сожалению, подобная практика вызвана отнюдь не инвестиционной привлекательностью Беларуси и неиссякаемым потоком иностранных капиталов, а элементарной нехваткой "рабочих рук" и отсутствием нормальных условий для работы. Немногочисленный трудовой коллектив отдела регистрации работает от зари до зари, но все же объективно не в состоянии оперативно принять и выслушать всех желающих. Конечно, практика "записи на прием" позволила, по крайней мере, избавиться от сутолоки и неразберихи в узких мидовских коридорах, однако вряд ли добавила оптимизма будущим инвесторам и их белорусским партнерам.
По-видимому, еще не канула в Лету и практика негласного "наказания рублем" чиновников за неправильные, с точки зрения последствий для МИДа, решения и инициативы. Да и проверяют регистраторов различные контролирующие органы и службы не реже, чем деятельность фирм, ими зарегистрированных. Иначе чем можно объяснить ту тщательность, с которой сотрудники МИДа уже при приеме вычитывают представляемые для регистрации документы, порой не только исправляя ошибки, описки и опечатки, но и ставя под сомнение действия нотариусов, переводчиков, консульских работников и прочих не менее ответственных лиц.
В этой ситуации следовало бы постепенно перейти к практике приема документов "в окошко", и принятия по результатам их изучения решения о регистрации или отказе в ней, если представленные документы не соответствуют требованиям законодательства. При таком варианте ответственность за неправильное оформление документов в полном объеме ложилась бы на лиц, их подготовивших и представивших в МИД.
По второму кругу
Не менее регистрационного запутано, громоздко, перенасыщено несогласованностями и законодательство, определяющее т. н. пострегистрационные действия: постановку на учет в различные органы, изготовление печатей и открытие банковских счетов, без чего начало нормальной работы предприятия невозможно. Сейчас эти действия отнимают у предприятия около месяца и требуют значительных финансовых затрат (государственные пошлины и сборы, нотариальные расходы и т. п.).
Нормативные акты, определяющие правильное, с точки зрения государства, поведение созданного предприятия, также претерпели неоднократные изменения, в том числе и в текущем году. Анализ же применения этих нормативных актов показывает, что ИМНС, ФСЗН, органы статистики, таможенные органы и органы внутренних дел зачастую дублируют функции друг друга, требуют предоставления большого количества документов, в том числе одинаковых, в разные органы, либо документов, представление которых прямо законодательством не предусмотрено.
А с другой стороны, законодательство устанавливает жесткие обязательные сроки постановки на учет (10-15 дней) и административные штрафы за их несоблюдение. В результате чего руководитель юридического лица, в уставном фонде которого представлены иностранные инвестиции, вполне может столкнуться после получения заветного свидетельства о регистрации со следующей дилеммой.
Существует требование, согласно которому руководитель вновь зарегистрированного субъекта хозяйствования обязан в течение 10 дней обзавестись УНН, за получением которого явиться лично, желательно имея при себе печать (для получения которой необходимо согласовать ее эскиз в МИДе, получить разрешение в РОВДе и собственно изготовить), удостоверение руководителя (которое тот же МИД имеет полное право выдать спустя 10 дней после подачи необходимого пакета документа, включающего, не ясно зачем, уже заверенную печатью (!!!) ксерокопию того самого свидетельства о регистрации, выданного днем ранее, копия которого уже фактически находится в деле) и договор аренды офисного помещения, заключить который с каким-нибудь государственным учреждением вроде Управления делами президента РБ, не имея УНН, печати, удостоверения руководителя, а главное, уже открытого счета в банке, просто невозможно. И, что интересно, этот злосчастный УНН новоиспеченного налогоплательщика могут попросить в тот же 10-дневный срок (конечно же, с момента получения свидетельства о регистрации в МИДе) успеть подать в ФСЗН или заранее подготовить от 1 до 3 МЗП за "нарушение установленных сроков регистрации".
Спасает незаконная доброта госслужащих
Безусловно, работники государственных органов идут навстречу предпринимателям; безусловно, почти всегда можно уговорить налогового инспектора донести "необходимый" документ или позже поставить печать; безусловно, случаи наложения штрафов на горемык-инвесторов пока еще достаточно редки.
Но встает вполне резонный вопрос: "А зачем искусственно создавать молодому предприятию абсолютно надуманные препятствия буквально с первых дней его существования?".
Хорошо еще, когда в распоряжении руководителя или инвестора есть грамотный юрист-практик, который "морально подготовит" клиента к подобным "особенностям национальной регистрации" и возьмет на себя основную часть работы. Но ведь законодательство в ряде случаев неумолимо требует личной явки руководителя предприятия в тот или иной орган. И такие общеизвестные и закрепленные в гражданском законодательстве понятия, как "представительство" и "доверенность", не произведут на бдительных государевых мужей ровным счетом никакого впечатления.
Хотя до настоящего времени никто не дал внятного объяснения, зачем, например, руководителю какого-нибудь ИП крупной международной корпорации с миллионами иностранных инвестиций в уставном фонде, да к тому же иностранцу (благо, законодательство этого пока не запрещает, хотя и пытается ограничить) лететь из какой-то там Вены или Нью-Йорка и являться пред ясны очи младшего налогового инспектора Ивановой на пер. Безымянный,
2, комн. 10 во вторник с утра или в четверг после обеда.
Возможно, такие меры допустимы в борьбе с так называемыми "однодневками" и прочими проявлениями "теневого" бизнеса, однако проверять, не является и директор предприятия с 20.000 USD (как минимум) в уставном фонде лицом без определенного места жительства, и смешно, и абсурдно.
Представляется, что в нормативных актах, определяющих порядок регистрации, абсолютно недопустимо закреплять право требования "иных документов", тем самым вверяя еще не начавших работать предпринимателей богатой фантазии и неуемному рвению рядовых чиновников. Возможно, имеет смысл взять за основу уведомительный, а не азрешительный принцип работы соответствующих государственных органов.
Так, например, регистрирующие органы могли бы представлять ИМНС, ФСЗН и другим компетентным органам интересующую их информацию о зарегистрированном юридическом лице, а те в свою очередь выдавали бы субъектам хозяйствования на основе этой информации соответствующие справки и разрешения в определенные законодательством сроки.
Это позволило бы максимально упорядочить процесс регистрации, скоординировать действия всех участвующих в нем государственных органов, сократить затраты инвесторов и расходы на содержание госаппарата, тем самым сократив сроки регистрации и увеличив инвестиционную привлекательность РБ в глазах потенциальных инвесторов.
Лилия Власова
Белорусский рынок, № 45, 2002 год
Все права защищены. Тиражирование части или всего текста без получения на то разрешения авторов строго запрещено. В случае использования текста в качестве цитаты, ссылка на автора обязательна.
Юридическая фирма "Власова, Михель и партнеры" © 2002
