Многочисленные правовые новации последнего времени сделали белорусское законодательство более упорядоченным и современным.
Но обещанной властями либерализации хозяйственной жизни мы так и не дождались. Проблема в том, что если где-то уровень госрегулирования чуть снижался, то эти "потери" компенсировались ужесточением правил деятельности в других сферах экономики.
Хозяйственные общества преодолевали полосу конфликтов. Закон о хозяйственных обществах был принят в начале
В новом законе был учтен более чем десятилетний опыт деятельности обществ в Беларуси. При этом законодатель по традиции (что абсолютно разумно) во многом повторил шаги развития корпоративного законодательства Российской Федерации. В целом документ получился вполне добротным и закрыл основные лакуны, особенно в части регулирования отношений между учредителями и процедурных вопросов деятельности обществ.
Высокая оценка закона, впрочем, не означает, что к нему нет вообще никаких претензий. Применение новых норм на практике показало, что многие из них нуждаются в серьезной доработке.
В частности, не оправдывает себя принцип единообразного регулирования всех хозяйственных обществ. Между АО с тысячами участников и ООО, имеющим несколько учредителей, разница все же огромная. И когда закон устанавливает, что только по решению общего собрания может быть оказана безвозмездная помощь, то для больших АО это фактически равносильно запрету на такое использование средств. С другой стороны, детальная регламентация правил созыва и проведения собрания участников совершенно излишняя для малочисленных ООО. В прежнем законе об обществах регулирование для АО и ООО было различным. Видимо, есть смысл к нему вернуться.
Серьезно усложняет деятельность обществ и чрезмерно расширенный перечень вопросов, которые, согласно закону, должны решаться единогласно. В качестве примеров назовем нормы, касающиеся правил внесения изменений в учредительные документы ООО и ОДО.
Закон устанавливает в отношении ООО/ОДО, что для принятия решения об изменении устава достаточно квалифицированного большинства голосов, а изменение учредительного договора требует единогласия. Но ведь эти документы действуют только вместе, следовательно, участник, имеющий сотую долю процента, может заблокировать принятие важнейших решений.
Что это не гипотетическое предположение, показала недавно закончившаяся кампания по приведению учредительных документов обществ в соответствие с новыми требованиями законодательства. До сих пор немалое количество АО и ООО не могут завершить этот процесс из-за возникших в отношениях между учредителями проблем. Обычная тактика действий как раз и состоит в отказе участвовать в работе собрания, голосовании "против" и т. д. Конфликт между учредителями приходится разрешать суду. Надо сказать, что формируемая практика решений по такого рода спорам показывает разумное стремление судов создать условия для прохождения обществом перерегистрации.
И все же лучшим, а зачастую и единственно возможным вариантом разрешения конфликта является выход участника из общества. К сожалению, он труднореализуем по двум причинам. Когда общество состоит из двух участников, выход одного из них приведет к прекращению существования общества. Нельзя признать удовлетворительной и саму процедуру: выплаты стоимости доли приходится ожидать до года. Нет сомнения, что, если бы участник имел возможность вернуть свои инвестиции более оперативно, он во многих случаях так бы и поступал, не ввязываясь в судебные тяжбы.
Сколько ни мучайся, ничего не получится.Около года в Палате представителей продолжается работа над проектом закона об унитарных предприятиях, он прошел первое чтение. Но накопившиеся проблемы по УП требуют более кардинального решения, и сейчас рассматривается вопрос о целесообразности внесения изменений в ГК.
По мнению Белорусского общественного объединения юристов-хозяйственников, было бы оптимальным вернуться к общепризнанной практике, когда собственником имущества УП может быть только государство, а для физических лиц существует общество с одним участником. ЧУПы имеют такие родовые недостатки, устранить которые полностью в принципе невозможно. В качестве программы-минимум БелООЮХ предлагает "развести" регистрацию УП как имущественного комплекса и смену учредителя. Это, по крайней мере, даст возможность упростить процедуры смены учредителя в УП, в том числе и наследования.
Одно окно "прорубают" не везде. Самым заметным достижением законотворчества в
Тем более странно воспринимаются не прекращающиеся попытки усложнения требований к административным процедурам даже по сравнению с действовавшими ранее. Складывается впечатление, что авторы постановлений Нацбанка № 127 и МНС № 92, утвердившие новый порядок открытия счетов и постановки на налоговый учет аккредитованных в МИДе представительств иностранных компаний, о принципе "одного окна" вообще ничего не слышали.
Регистрация юрлиц у нас сейчас осуществляется в упрощенном режиме, а правила открытия временного счета, на котором аккумулируются средства для формирования уставного фонда, регистрационные льготы фактически перечеркивают.
К примеру, иностранный инвестор, согласно инструкциям, обязан представить три комплекта документов (включая учредительные и выписку из торгового реестра, все — в легализованном виде). В регистрирующий орган подается только выписка из торгового реестра со сроком давности не более 1 года. Но для открытия временного счета требуется отдельный комплект документов (учредительные и выписка), а также дополнительно — дубликат извещения о присвоении УНП (!). Что касается последнего, то его иностранный инвестор может получить только встав на налоговый учет в Беларуси, подав еще один комплект документов уже со сроком давности не более 3 месяцев.
Три комплекта документов также необходимо представить иностранному инвестору при открытии представительства в Беларуси. Первый комплект подается в МИД, другие — в налоговый орган и банк при открытии счетов. Видимо, налоговая инспекция и банки не доверяют МИДу?
Смысл такой сверхбдительности при всем желании понять невозможно — ведь деньги в страну приходят, а не уходят из нее. Непонятно также, как постановление Нацбанка прошло юридическую экспертизу, ведь оно противоречит Декрету № 11, согласно которому учредитель-инвестор при создании предприятия и открытии временного счета обязан представить лишь решение о намерении создать предприятие. Понятно, что этот документ идет вразрез и с политикой по привлечению иностранных инвестиций.
Медленно и непоследовательно. На ретроспективные оценки сильное влияние всегда оказывают последние события, добавляя в них изрядную порцию темных или светлых красок. Переход к заявительному принципу государственной регистрации, безусловно, стал своеобразным предновогодним подарком инвесторам. Недавно прозвучавшее требование президента о выводе республики на 25-е место в мире по качеству бизнес-среды, активная работа правительства над упорядочением административных процедур, ряд других инициатив тоже вроде бы свидетельствуют о том, что процесс облагораживания правового ландшафта Беларуси наконец начался.
Однако любой предприниматель, не слишком напрягая память, вспомнит множество свежих примеров ужесточения государственного регулирования. По большому счету, и последние декреты оказались в лучшем случае полулиберальными. Сохранены, например, все основания для отказа в госрегистрации, необходимость указания видов деятельности и т. д. Таким образом, вместо требуемых временем динамичных изменений и реформ власти проводили ограниченные и не всегда последовательные улучшения. Дефицит реальных шагов при этом компенсируется шумными пропагандистскими кампаниями.
